Новости

2000 год
2000 №4 (38)
2001 №4 (42)
2001 год
2002 год
2002 №5-6 (47-48)
2003 год
2003 №6 (54)
2004 год
2004 №1 (55)
2004 №2 (56)
2004 №3 (57)
2004 №4 (58)
2004 №5 (59)
2004 №6 (60) Спецвыпуск. Ювелирная отрасль
2005 год
2005 №1 (61)
2005 №2 (62)
2005 №3 (63)
2005 №4 (64)
2005 №5 (65)
2005 №6 (66)
2006 год
2006 №1 (67)
2006 №2 (68)
2006 №3 (69)
2006 №4 (70)
2006 №5 (71)
2006 №6 (72)
2007 (73) Спецвыпуск. Юр. Институт (СПб)
2007 год
2007 №1 (74)
2007 №2 (75)
2007 №3 (76)
2007 №4 (77)
2007 №5 (78)
2007 №6 (79)
2008 год
2008 №1 (80)
2008 №2-3 (81-82)
2008 №4 (83)
2008 №5-6 (84-85)
2008 №7 (86)
2008 №8 (87)
2009 год
2009 №1 (88)
2009 №2-3 (89-90)
2009 №4 (91)
2009 №5, 6 (92, 93)
2009 №7 (94)
2009 №8 (95)
2010 год
2010 №1 (96)
2010 №2,3 (97-98)
2010 №4 (99)
2010 №5, 6 (100, 101)
2010 №7, 8 (102, 103)
2011 год
2011 №1 (104)
2011 №2, 3 (105, 106)
2011 №4 (107)
2011 №5, 6 (108, 109)
2011 №7, 8 (110, 111)
2012 год
2012 №1 (112)
2012 №2, 3 (113, 114)
2012 №4 (115)
2012 №5, 6 (116, 117)
2012 №7, 8 (118, 119)
2013 год
2013 №1 (120)
2013 №2, 3 (121, 122)
2013 №4 (123)
2013 №5, 6 (124, 125)
2013 №7, 8 (126, 127)
2014 год
2014 №1 (128)
2014 №2, 3 (129, 130)
2014 №4 (131)
2014 №5, 6 (132, 133)
2014 №7, 8 (134, 135)
2015 год
2015 №1, 2 (136-137)
2015 №3 (138)
2015 №4 (139)
2015 №5, 6 (140-141)
2015 №7, 8 (142-143)
2016 год
2016 №1, 2 (144-145)
2016 №3 (146)
2016 №4 (147)
2016 №5, 6 (148-149)
2016 №7, 8 (150-151)
2017 год
2017 №1 (152)
2017 №2-3 (153-154)
2017 №4 (155)
2017 №5-6 (156-157)
2017 №7-8 (158-159)
2018 год
2018 №1-2 (160-161)
2018 №3 (162)
2018 №4 (163)
2018 №5-6 (164-165)
2018 №7-8 (166-167)
2019 год
2019 №1-2 (168-169)
2019 №3 (170)
2019 №4 (171)
2019 №5-6 (172-173)
2019 №7-8 (174-175)
2020 год
2020 №1-2 (176-177)
2020 №3 (178)
2020 №4 (179)
2020 №5-6 (180-181)
2020 №7-8 (182-183)
Articles in English
Реферативные выпуски

Список авторов и статей с 1994 года (по годам)

Список авторов журнала

Книги авторов журнала

 

Правовое бездействие: вопросы теории

В юридической науке утвердилось мнение, что к числу обязательных признаков объективной стороны состава правонарушения относятся деяние, общественно опасные последствия и причинная связь. Все три обязательных признака объективной стороны состава правонарушения диалектически взаимосвязаны между собой, т.к. последствий не может быть без деяния, а само деяние влечет неблагоприятные изменения (последствия) в объекте правового регулирования или объекте правовой охраны.
Деяние – сердцевина объективной стороны состава правонарушения. Оно может быть выражено как в форме действия, так и в форме бездействия, а некоторые ученые выделяют еще и третью форму - ненадлежащим образом выполненное действие. Действие и бездействие сохраняют свои черты в физическом и социальном плане, они особым образом проявляются во вне, связаны с последствиями и имеют разные условия противоправности. Поэтому, действие и бездействие всегда рассматриваются в качестве самостоятельных форм противоправного поведения в действующем законодательстве.
Действие и бездействие как две формы общественно опасного поведения человека положены в основу конструкции конкретных составов правонарушений. Они имеют ряд общих признаков: общественную опасность, противоправность, конкретность и волевой характер. В.Н. Кудрявцев отмечает, что «основными признаками преступного бездействия (как и действия) являются его общественная опасность и обусловленная ею противоправность, которые рассматриваются в конкретных обстоятельствах места, времени и обстановки совершения преступления»[1].
Общность действия и бездействия определяется тем, что социальная сущность этих актов поведения зависит не от того, имеется или отсутствует в данном случае телодвижение, а от того, в каких условиях, в какой связи и взаимосвязи с окружающими явлениями и процессами совершается акт поведения[2].
Однако действие отличается от бездействия целым рядом характеристик. «Преступное действие – это общественно опасное, противоправное, волевое, сложное и активное по своему характеру поведение человека, которое причиняет или может причинить вред охраняемым законам интересам»[3]. Наиболее распространенная форма выражения противоправного действия – телодвижение или совокупность телодвижений, которые складываются в единый противоправный поведенческий акт. Акт действия субъекта может быть одномоментным, разномоментным, продолжающимся и длящимся. При одномоментном акте преступного поведения субъектом практически сразу выполняется объективная сторона правонарушения и наступают неблагоприятные последствия. Например, поджег здания влечет уничтожение чужого имущества.
По мнению Г.В. Тимейко, «преступное бездействие – это общественно опасное, противоправное, волевое, сложное и пассивное по своему характеру поведение человека, в силу которого не предотвращаются общественно опасные последствия и не достигаются общественно полезные результаты»[4]. Бездействие – это негативная форма поведения, и с этой точки зрения оно противоположно действию. При преступном бездействии поведение лица состоит в том, что оно не совершает общественно необходимых действий. Преступное бездействие обычно определяется как общественно опасный в данных условиях места, времени и обстановки акт поведения, состоящий в несовершении лицом того действия, которое оно должно было и могло выполнить[5]. Г.В. Тимейко выделяет две формы бездействия: «чистое бездействие» и «смешанное». «Чистое бездействие» - это невыполнение указанных в законе действий, образующих само по себе оконченный состав. «Смешанное бездействие» - это невыполнение возложенных обязанностей, которое влечет наступление предусмотренных законом общественно опасных последствий[6]. По нашему мнению, понятие смешанного бездействия несколько иное. Смешанное бездействие – это ненадлежащим образом выполненное действие, когда субъект выполняет необходимое действие не до конца, не в полном объеме. Например, врач не в полном объеме оказал медицинскую помощь больному, или налоговый инспектор в ходе камеральной проверки изучил не все необходимые для ее проведения документы и т. п. В позиции же Г.В. Тимейко по своему существу отражена классификация составов на материальные и формальные, но материальные и формальные составы правонарушений не дают оснований для выделения «чистой» и «смешанной» форм бездействия. В основании выделения чистой и смешанной форм бездействия находится другой признак, а, именно, - степень выполнения действия. При «чистом бездействии» необходимые действия не выполняются вообще, а при «смешанном бездействии» они выполнятся не в полном объеме.
Сама термин «бездействие» может породить впечатление, что субъект не совершает правонарушения, т. к. не проявляется его социальная активность. Ведь одним из признаков деяния, объединяющего как действие, так и бездействие, является проявление субъектом в объективной реальности социальной активности. Однако - это не так. Бездействие можно назвать социальной активностью со знаком минус. Оно, как и действие, связано с волей и сознанием лица. При бездействии воля и сознание лица направлены на удержание его от необходимых, закрепленных в нормативно-правовых актах и актах индивидуального регулирования действий. Кроме того, специфика многих правовых норм заключается в их обязывающем, а не запрещающем характере. Поэтому ответственность за бездействие возможна только при наличии ряда условий. Во-первых, на лице должна лежать обязанность действовать соответствующим образом при наступлении соответствующих юридических фактов. Во-вторых, у субъекта должна быть реальная возможность действовать соответствующим образом. В-третьих, данная обязанность должна вытекать из нормативно-правового акта или договора. Либо она может возникать в силу того, что виновный сам поставил другое лицо в такое состояние, при котором обязан оказать ему помощь. Например, ответственность за оставление в опасности согласно ст. 125 УК РФ наступает и в том случае, если виновный сам поставил потерпевшего в опасное для жизни состояние.
Началом преступного бездействия является тот момент, когда в совокупности имеются три следующих обстоятельства: а) обязанность лица выполнить определенное действие; б) возможность совершить его в данных условиях; в) невыполнение лицом тех действий, которые от него требуются. Необходимо, чтобы бездействие лица в данной обстановке было противоправным и общественно опасным. Отпадение хотя бы одного из этих обстоятельств или наступление преступных последствий означает прекращение бездействия[7].
В отечественном законодательстве нормативно не закреплены условия, при наличии которых возможна ответственность за бездействие, их вывела теория и судебная практика. Например, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 года «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» указано, что «под бездействием должностного лица, которые он должен совершить в пользу взяткодателя, следует понимать такие действия, которые он правомочен или обязан был выполнить в соответствии с возложенными на него служебными полномочиями»[8]. В указанном постановлении отмечается, что привлечение лица к ответственности за халатность возможно только в том случае, если будет установлено, что на нем лежала обязанность действовать соответствующим образом, и оно имело реальную возможность совершить указанное действие. Обязанность действовать надлежащим образом может вытекать в силу прямого указания закона; указания, содержащегося в ином нормативно-правовом акте (инструкции, указе и т.п.); в силу договора; из предыдущего противоправного поведения субъекта. Одновременно, между деянием и наступившими последствиями обязательно должна существовать причинная связь.
По иному пути пошел законодатель некоторых зарубежных стран, закрепив условия наступления ответственности за бездействие в нормативно-правовых актах. Так, в ст. 4.3. УК Австралии указывается, что «несовершение действия может рассматриваться в качестве физического элемента преступления, только если: «а) норма права, предусматривающая преступление, это предусматривает; б) норма права, предусматривающая преступление, описывает состав преступления, подразумевая, что данное преступление считается совершенным путем не совершения действия, которое лицо было обязано совершить»[9]. В Уголовном кодексе Республики Германия определено: «кто, бездействуя, не предотвращает последствие, которое относится к составу деяния, предусмотренного уголовным законом, подлежит наказанию по этому закону только тогда, когда он юридически обязан к тому, чтобы последствие не допустить, если бездействие соответствует осуществлению предусмотренного законом состава деяния посредством действия»[10]. Аналогично разрешается этот вопрос в Уголовном Кодексе Республики Польша: «уголовной ответственности за преступление, совершенное путем бездействия и повлекшее последствие, подлежит только тот, на кого была возложена правовая обязанность, особенно обязанность по предотвращению последствий»[11].
Несмотря на то, что основные условия ответственности за бездействие отражены в судебных решениях, в правоприменительной практике часто встречаются нарушения, связанные с несоблюдением этих условий. Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» указывается, что не всегда исследуется круг служебных полномочий должностного лица, наличие обязанностей действовать соответствующим образом и т.п. Поэтому мы считаем, что целесообразно дополнить УК РФ, КоАП РФ, НК РФ специальными статьями, указывающими условия наступления ответственности за бездействие. Это позволит сократить перечень судебных и следственных ошибок, т.к. обяжет правоприменителя устанавливать данные обстоятельства в объективной стороне правонарушения.
Мы предлагаем следующие редакции соответствующих статей. Так, ст. 8 УК РФ необходимо дополнить ч. 2, которую следует изложить в следующей редакции: «Уголовная ответственность за бездействие или ненадлежащим образом выполненное действие наступает, помимо оснований, указанных в ч. 1 ст. 8 настоящего Кодекса, когда на лице лежала обязанность действовать, определенная в нормативно-правовом акте, договоре или вытекающая из предыдущего противоправного поведения виновного и если лицо имело реальную возможность действовать надлежащим образом». Внесение таких изменение и дополнений в Общую часть УК РФ позволит усовершенствовать законодательную технику, т. к. приведет к исключению из текстов статей Особенной части ненужных словесных нагромождений, что сделает закон более кратким и лаконичным. Например, в ч. 1 ст. 219 УК РФ указывается: «Нарушение правил пожарной безопасности, совершенное лицом, на котором лежала обязанность по их соблюдению….».  Мы не видим необходимости в каждом случае указывать, что данное деяние совершено лицом, на котором лежала обязанность по соблюдению правил, если в Общей части УК РФ будет сформулировано общее правило о наступлении ответственности за бездействие.
Внесение изменений в КоАП РФ должно носить системный характер, т. к. в нем не содержится специальной статьи, формулирующей основания ответственности за совершение административных правонарушений. Поэтому там должна содержаться статья, в которой сформулированы как общие основания ответственности, так и основания ответственности за бездействие.
Мы полагаем, что КоАП РФ необходимо дополнить ст. 2.11 (Основания административной ответственности) и изложить ее в следующей редакции: «1. Основанием административной ответственности является совершение лицом административного правонарушения, предусмотренного настоящим Кодексом. 2. Административная ответственность за бездействие помимо оснований, указанных в ч. 1., наступает, когда на лице лежала обязанность действовать, предусмотренная нормативно-правовым актом, договором или вытекающая из предыдущего противоправного поведения виновного, и если лицо имело реальную возможность действовать надлежащим образом». Отсутствие в КоАП РФ специальной статьи, закрепляющей основания административной ответственности, является существенным его недостатком.
Мы не случайно не стали употреблять в предлагаемом проекте статьи термин «деяние, содержащее все признаки состава преступления», как это сформулировано в ст. 8 УК РФ. Полагаем, что законодатель, сделав такую формулировку в УК РФ, допустил ошибку, т.к. из буквального толкования ст. 8 следует, что основанием ответственности выступает состав преступления, а не само преступление. Поэтому подчеркнем, что состав правонарушения не может являться основанием ответственности. Это теоретическая юридическая конструкция, а не факт реальной действительности. Юридическая конструкция не может выступать основанием ответственности, а правонарушение – это юридический факт (факт реальной действительности), влекущий возникновение правоотношения юридической ответственности.
Существенным недостатком главы НК РФ, определяющей положения об ответственности налогоплательщика, выступает отсутствие в ней специальной статьи, закрепляющей как общие основания ответственности за совершение налогового правонарушения, так и ответственности за бездействие. Поэтому мы предлагаем внести дополнения в НК РФ, а, именно, включить в него ст. 1061 (основания ответственности за совершение налогового правонарушения): «1. Основанием ответственности является совершение лицом налогового правонарушения, предусмотренного настоящим Кодексом. 2. Налоговая ответственность за бездействие помимо оснований, указанных в ч. 1. наступает в случае, если на лице лежала обязанность, предусмотренная налоговым или таможенным законодательством и лицо имело реальную возможность действовать надлежащим образом».
На основании изложенного можно дать следующие определения действия и бездействия. Действие – это противоправное, общественно опасное проявление во вне социальной активности субъекта, влекущее неблагоприятные изменения в объекте правовой охраны. Признаками правонарушающего действия являются: общественная опасность; противоправность; социальная активность субъекта; неблагоприятные изменения в объекте правовой охраны или правового регулирования.
Бездействие – это противоправное, общественно опасное отсутствие проявления социальной активности субъекта, при условии, что он обязан был ее проявить и имел для этого реальную возможность, влекущее неблагоприятные изменения в объекте правовой охраны. Признаками правонарушающего бездействия являются: общественная опасность; противоправность; отсутствие социальной активности субъекта; наличие реальной возможности действовать соответствующим образом; неблагоприятные изменения в объекте правовой охраны.


[1] Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. – М.: Юрид. лит., 1960. - С. 243.
[2] Там же. – С. 85.
[3] Тимейко Г.В. Проблемы общего учения об объективной стороне преступления: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. - М., 1981. - С. 14.
[4] Там же. - С. 16.
[5] См.: Кудрявцев В.Н. Указ. соч. – С. 85.
[6]  Тимейко Г.В. Указ. соч. – С. 19.
[7] Кудрявцев В.Н. Указ. соч. – С. 92.
[8] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. № 4. 2000.
[9] Уголовный кодекс Австралии. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2003. – С. 14.
[10] Уголовный кодекс Федеративной Республики Германии. – СПб.: «Юридический центр Пресс, 2002. - С. 127.
[11] Уголовный кодекс Республики Польша. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – С. 47.

Сохранить как .rtf файл

Другие статьи в разделе «2007 (73) Спецвыпуск. Юр. Институт (СПб)»
Форма правления в современной России в условиях переходности
Государство, право и религия в трудах П.А. Флоренского
П.А. СОРОКИН О РЕВОЛЮЦИИ 1917 ГОДА
Размышления о необходимости принятия нового федерального закона «О системе федеральных органов исполнительной власти Российской Федерации»
ПУТИ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О ВЫНУЖДЕННЫХ ПЕРЕСЕЛЕНЦАХ
Правовые проблемы ответственности за распространение по Интернету сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию
КОНСТИТУЦИОННЫЕ ГАРАНТИИ РЕАЛИЗАЦИИ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА В РЕСПУБЛИКЕ АРМЕНИЯ
Законопроектная деятельность Министерства юстиции Российской Федерации
Разделение властей как основа формирования парламентаризма
«Правовая инфильтрация» как категория права
К вопросу о содержании правосубъектности физических лиц
Прогнозирование доходов субъекта Федерации в 2007 году (на примере Рязанской области)
Особенности уведомления должника об уступке права в договоре финансирования под уступку денежного требования
Использование современных информационных технологий в работе по учету и инкорпорации нормативных правовых актов
Убийство по найму: вопросы теории и практики

 
 

 

Представительная власть - XXI век: законодательство,
комментарии, проблемы. E-mail: pvlast@pvlast.ru
SpyLOG Рейтинг@Mail.ru

Создание сайта: П.М. Ермолович
При поддержке депутата Государственной Думы
Валентина Борисовича Иванова

In English
In Italian
In Chineese
   

     
Навигационное меню
Архив номеров
Реферативные выпуски
Список авторов журнала
Книги авторов журнала
Рецензии и отзывы
Перечень журналов ВАК
Поиск по статьям
Подписка на журнал
Подписка на рассылку
Награды
 
Полезная информация
Парламенты стран G8
Парламенты СНГ и Балтии
Парламенты субъектов РФ
Парламенты мира
Парламентские организации
Парламентские издания
Парламентский портал РФ
Наши партнеры
Календарь выборов
     
 
 
     
  №4 - 2020
 
 
  №3 - 2020
 
  №1,2 - 2020
 
 
  №7,8 - 2019
 
  №5,6 - 2019
 
 
  №4 - 2019
 
  №3 - 2019
 
 
  №1,2 - 2019
 
  №7,8 - 2018
 
 
  №5,6 - 2018
 
  №4 - 2018
 
 
  №3 - 2018
 
  №1,2 - 2018
 
 
  №7,8 - 2017
 
  №5,6 - 2017
 
 
  №4 - 2017
 
  №2,3 - 2017
 
 
  №1 - 2017
 
  №7,8 - 2016
 
 
  №5,6 - 2016
 
  №4 - 2016
 
 
  №3 - 2016
 
  №1,2 - 2016
 
 
  №7,8 - 2015
 
  №5,6 - 2015
 
 
  №4 - 2015