Новости

2000 год
2000 №4 (38)
2001 №4 (42)
2001 год
2002 год
2002 №5-6 (47-48)
2003 год
2003 №6 (54)
2004 год
2004 №1 (55)
2004 №2 (56)
2004 №3 (57)
2004 №4 (58)
2004 №5 (59)
2004 №6 (60) Спецвыпуск. Ювелирная отрасль
2005 год
2005 №1 (61)
2005 №2 (62)
2005 №3 (63)
2005 №4 (64)
2005 №5 (65)
2005 №6 (66)
2006 год
2006 №1 (67)
2006 №2 (68)
2006 №3 (69)
2006 №4 (70)
2006 №5 (71)
2006 №6 (72)
2007 (73) Спецвыпуск. Юр. Институт (СПб)
2007 год
2007 №1 (74)
2007 №2 (75)
2007 №3 (76)
2007 №4 (77)
2007 №5 (78)
2007 №6 (79)
2008 год
2008 №1 (80)
2008 №2-3 (81-82)
2008 №4 (83)
2008 №5-6 (84-85)
2008 №7 (86)
2008 №8 (87)
2009 год
2009 №1 (88)
2009 №2-3 (89-90)
2009 №4 (91)
2009 №5, 6 (92, 93)
2009 №7 (94)
2009 №8 (95)
2010 год
2010 №1 (96)
2010 №2,3 (97-98)
2010 №4 (99)
2010 №5, 6 (100, 101)
2010 №7, 8 (102, 103)
2011 год
2011 №1 (104)
2011 №2, 3 (105, 106)
2011 №4 (107)
2011 №5, 6 (108, 109)
2011 №7, 8 (110, 111)
2012 год
2012 №1 (112)
2012 №2, 3 (113, 114)
2012 №4 (115)
2012 №5, 6 (116, 117)
2012 №7, 8 (118, 119)
2013 год
2013 №1 (120)
2013 №2, 3 (121, 122)
2013 №4 (123)
2013 №5, 6 (124, 125)
2013 №7, 8 (126, 127)
2014 год
2014 №1 (128)
2014 №2, 3 (129, 130)
2014 №4 (131)
2014 №5, 6 (132, 133)
2014 №7, 8 (134, 135)
2015 год
2015 №1, 2 (136-137)
2015 №3 (138)
2015 №4 (139)
2015 №5, 6 (140-141)
2015 №7, 8 (142-143)
2016 год
2016 №1, 2 (144-145)
2016 №3 (146)
2016 №4 (147)
2016 №5, 6 (148-149)
2016 №7, 8 (150-151)
2017 год
2017 №1 (152)
2017 №2-3 (153-154)
2017 №4 (155)
2017 №5-6 (156-157)
2017 №7-8 (158-159)
2018 год
2018 №1-2 (160-161)
2018 №3 (162)
2018 №4 (163)
2018 №5-6 (164-165)
2018 №7-8 (166-167)
2019 год
2019 №1-2 (168-169)
2019 №3 (170)
2019 №4 (171)
2019 №5-6 (172-173)
2019 №7-8 (174-175)
2020 год
2020 №1-2 (176-177)
2020 №3 (178)
2020 №4 (179)
2020 №5-6 (180-181)
2020 №7-8 (182-183)
2021 год
2021 №1-2 (184-185)
2021 №3 (186)
2021 №4 (187)
2021 №5-6 (188-189)
2021 №7-8 (190-191)
Articles in English
Реферативные выпуски

Список авторов и статей с 1994 года (по годам)

Список авторов журнала

Книги авторов журнала

 

ПРОБЛЕМЫ СОБЛЮДЕНИЯ ПРАВ И СВОБОД ЖЕРТВ ПРЕСТУПНОСТИ

Международные нормы права и законодательство России провозглашают человека, его права и свободы высшей ценностью. Конституция РФ (статья 52) статья 52 гласит: «Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба». Тем не менее, реальная действительность свидетельствует об отсутствии должного соблюдения этого требования. Законодательные недоработки усугубляются коррупцией. Есть что-то ненормальное в позиции законодателя, видящего за проблемой защиты прав человека только того, кто преступил закон, кто бросил вызов обществу и государству, а не жертвы преступлений те миллионы судеб, которые попираются правонарушителями. Представители федеральной власти разделяют тревогу по поводу сложившейся нездоровой ситуации с защитой прав и свобод жертв преступлений. 15.января 2007 года в Государственной Думе ФС РФ состоялся круглый стол «Проблемы правового и социального статуса жертв преступности в России». В участии приняли высокопоставленные чиновники: МВД России, Министерства Юстиции, ФСБ России, члены Общественной палаты, Совета Федерации ФС РФ, деятели культуры, науки и т. д. Эмоциональная составляющая охватывала весь спектр проблем, законодательное регламентирование волновало лишь в части исполнения Федерального закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного процесса». Бесспорно важный закон пока не стал действенным инструментом защиты участников судопроизводства. Действенность данного закона, прежде всего, связана с раскрываемостью преступлений, сбором и закреплением доказательств, эффективностью работы правоохранительной системы. По данным опроса, почти 90% потерпевших и свидетелей ответили, что в случае угрозы их жизни или здоровью откажутся от дачи показаний или дадут ложные показания. Нередко угроза исходит и от сотрудников правоохранительных органов. Одной из основных проблем действия закона является раздробленность правоохранительных органов, приводящая к ведомственному подходу при решении сложной, комплексной проблемы.

За последние годы регистрируемая преступность подвержена существенным колебаниям. В 2003 году зарегистрировано 2 млн. 756 тысяч преступлений, что на 9,2% больше, чем в 2002 году. А в 2004 году число преступлений, зарегистрированных официаль­ной статистикой, составило 2 млн. 893,8 тысяч, что на 5% больше, чем за 2003 год. В 2005 году рост преступности продолжился: ре­гистрируемая преступность увеличилась на 22,8%, а число пре­ступлений впервые превысило 3,5 миллиона.
В 2006 г. МВД России зарегистрировало 3 млн. 855 тыс. преступлений. Как сообщил министр внутренних дел РФ Рашид Нургалиев на коллегии МВД, рост числа преступлений составил 8,5%[1].
Влияние негативных социальных факторов на сферу общественных отношений приобрело более выраженный системный характер, поэтому следует ожидать увеличения таких видов преступлений, как грабежи, разбои и кражи. Количество криминальных посягательств на жизнь и здоровье человека будет увеличиваться: прирост числа умышленных убийств ежегодно может составить не менее 8%, умышленных причинений тяжкого вреда здоровью 7—8%. Уровень раскрываемости насильственных и корыстно-насильственных преступлений не превышает 70 %, более трети потерпевших лишены возможности возмещения причиненного им ущерба, поскольку виновные в совершении преступления лица не установлены.
Каждый год в России появляется свыше 3 миллионов потерпевших. Если же учесть близких родственников пострадавших, их иждивенцев, то количество жертв преступлений составит более 10 миллионов человек. Если учитывать латентную преступность - от 12 до 15 млн.
Права более 3 млн., официально признанных потерпевшими, хотя и плохо, но формально как-то облюдаются, а 7—8 млн. реально пострадавших от незарегистрированных преступлений не получают никакой правовой помощи и защиты от государства[2].
Прибегая к помощи потерпевшего, органы уголовного преследования решают главным образом свои служебные задачи. Не учитывается то, что после совершенного преступления жертва находится в состоянии острых психологических и материальных проблем, и потому нуждается в правовой защите и повышенном внимании. Жертва нуждается в помощи как непосредственно после деяния, так и в пролонгированной помощи (сироты - при утрате кормильца, инвалиды - по утрате трудоспособности, медицинское сопровождение на период лечения и т. п.), человек должен получать психологическую, правовую, медицинскую, материальную помощь, однако в российском праве потерпевшему не уделяется достаточного внимания.
Реальное возмещение вреда потерпевшему - редкость российского уголовного судопроизводства. Вопросы определения размера морального вреда и денежной оценки жизни человека не имеют законодательного регулирования - это отнесено на субъективное усмотрение того или иного судьи что, опасно. Критериями оценки являются размытые понятия разумность и справедливость, конкретизировать которые не могут даже судьи.
Уголовно-процессуальное законодательство России в значительной степени ограничивает и ущемляет права потерпевшего по отношению к правам подозреваемого (обвиняемого).
Потерпевший полностью зависит от прокурорско-следственной позиции. Принято считать, что на стороне защиты прав потерпевшего находится сторона обвинения, хотя это зачастую не соответствует действительности. Потерпевший по существу бесправен перед прокурором и, соответственно, перед судом и государством. Относится данное утверждение к закрепленному в положениях ч. 7 и 8 ст. 246 УПК РФ праву государственного обвинителя отказаться от предъявленного подсудимому обвинения или изменить его в сторону смягчения. В случае отказа государственного обвинителя от обвинения (полностью или в части) суд обязан прекратить уголовное дело или уголовное преследование. При этом, позиция потерпевшего не имеет никакого правового значения, чем УПК РФ существенно нарушает права потерпевшего на доступ к правосудию, позиция государственного обвинителя, отказывающегося от обвинения, для суда является безусловной, в то время как позиция потерпевшего судом даже не учитывается, хотя потерпевший рассматривается как полноправный участник уголовного судопроизводства со стороны обвинения.
Законом не предусмотрено предоставление потерпевшему бесплатной юридической помощи, в то время как обвиняемый (подозреваемый) имеет право на оказание бесплатной обязательной юридической помощи с момента его задержания. Достаточно заявить, что если обвиняемый (подозреваемый) от адвоката не отказывается, наступает обязанность обеспечить его защитником. В то же время, потерпевший самостоятельно должен обращаться за юридической помощью и оплачивать эту помощь.
Часть 3 ст. 42 УПК РФ гласит: потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 УПК РФ.
При этом, в статье 131 УПК РФ расходы на представителя, как процессуальные издержки, не указаны. Как следствие, возникает невозможность получения квалифицированной юридической помощи бесплатно.
Законодательство России наделяет потерпевшего правом участвовать в уголовном преследовании (ст. 22 УПК). Однако законом не определен срок, в течение которого лицо должно быть признано потерпевшим по уголовному делу, и на практике зачастую лицо признается потерпевшим лишь на завершающей стадии уголовного судопроизводства, что лишает его прав на заявление отводов, подачу жалоб, заявлений, ходатайств и т. д.
Де-факто, потерпевшим становится лицо, которому причинен вред, де-юре: потерпевшим в уголовном судопроизводстве лицо становится с момента процессуального оформления данного факта (постановление о признании потерпевшим).
Потерпевший не вправе знакомиться с постановлениями о назначении экспертизы и их результатами, если только экспертиза производилась не по его ходатайству или не в отношении него. Например, потерпевшему причинен вред здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия. Назначается экспертиза на предмет технического состояния автомобиля. Указанная экспертиза напрямую касается потерпевшего, т. к. техническое состояние автомобиля могло привести к ДТП, в котором ему были причинены телесные повреждения. Однако п. 11 ч. 2 ст. 42, ч. 2 ст. 198 УПК РФ не допускают потерпевшего к данным следственным действиям.
Согласно принципу презумпции невиновности, подозреваемый (обвиняемый) не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения (ст. 49 Конституции РФ, ч. 2 ст. 14 УПК РФ). В соответствии с этими положениями, обязанность доказывания вины обвиняемого в обоих рассмотренных случаях  должна возлагаться, в том числе, и на потерпевшего. Отметим, что потерпевший, будучи не в состоянии собрать необходимую ему доказательственную базу (УПК не предоставляет ему такой возможности), вынужден прибегать к помощи органов предварительного расследования. Как представляется, данная помощь должна заключаться, например, в разрешении ходатайств потерпевшего о получении дополнительных доказательств посредством проведения следственных и иных процессуальных действий.
На стадии судебного разбирательства, где функцию обвинения осуществляют прокурор и потерпевший, потерпевший занимает не только неравное, но даже подчинённое положение.
Рассмотрим институт «сделок о признании вины», нашедший свое законодательное закрепление в положениях гл. 40 раздела Х действующего УПК РФ, который в значительной степени ущемляет процессуальные права потерпевшего.
Уголовно-процессуальный кодекс России указывает на то, что одним из назначений уголовного судопроизводства является защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (подп. 1 ч. 1 ст. 6 УПК).
Суд вправе постановить приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке, если удостоверится, что: 1) обвиняемый осознает характер и последствия заявленного им ходатайства; 2) ходатайство было заявлено добровольно, после проведения консультаций с защитником.
Как видим, если обвиняемый получает юридическую консультацию по последствиям особого порядка судебного разбирательства и от адвоката (участие которого обязательно), и от должностных лиц органов предварительного расследования (заинтересованных в скорейшем продвижении дела, не опасаясь его «развала» в суде), то потерпевший и частный обвинитель лишены этой привилегии.
Возмещение вреда потерпевшему - редкость российского уголовного судопроизводства. Объемы возмещения морального вреда не регламентированы и законодательно не закреплены. Суды удовлетворяют иски потерпевших в минимальных размерах, чем блокируется материальная ответственность осужденных. Институт гражданского иска в уголовном процессе неэффективен. Данная проблема обсуждалась на 5 Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Женева, 1-12 сентября 1975 г.): «…символическое  возмещение вреда вряд ли сможет хотя бы частично компенсировать боль и страдания, перенесенные потерпевшими и их семьями». Прокурор, участвующий в уголовном судопроизводстве, может сам предъявить гражданский иск или поддержать уже заявленный гражданский иск в случае, если этого требует охрана прав граждан, т. е. если это связано с охраной интересов несовершеннолетних, недееспособных (вследствие душевной болезни или слабоумия) и ограниченно дееспособных лиц (вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими веществами), а также лиц, которые по иным причинам не могут защитить свои права и законные интересы, или государственных интересов. В остальных случаях потерпевший должен сам заявлять гражданский иск и доказывать его. Гражданский иск в уголовном процессе регламентируется несколькими отраслями права, без профессиональной юридической помощи жертве невозможно самостоятельно  отстоять свои права и законные интересы.
Что касается исков о возмещении вреда, причиненного в результате гибели кормильца, повреждения здоровья, о возмещении причиненного материального ущерба, если определение ущерба требует заключений специалистов, экспертов и т. д., то такие иски, как правило, в уголовном судопроизводстве не рассматриваются.
Зачастую, при рассмотрении уголовного дела и постановлении судебного акта, гражданские иски остаются без рассмотрения, и потерпевшим предлагается заявить иск в гражданском судопроизводстве. В порядке гражданского судопроизводства уже сам потерпевший, а не прокурор, который должен выступать на стороне защиты прав потерпевшего, доказывает размер ущерба, причинно- следственную связь, самостоятельно готовит и подает иск, выступает в гражданском судопроизводстве.
Потерпевший, переживший физические, нравственные страдания, претерпевший материальный ущерб, вынужден сам добиваться защиты своих прав, получая при этом дополнительные неудобства и страдания, материальные средства на оплату адвоката отсутствуют, самостоятельно разобраться невозможно. Результат - печальная статистика, крайне низкий процент исков о возмещении вреда жертвам преступлений.
Важным вопросом является денежная оценка морального вреда, причиненного потерпевшему. Вопросы материальной оценки морального вреда и денежной оценки гибели человека не получили своего четкого урегулирования в законодательстве, цена вопроса зависит от субъективного усмотрения того или иного судьи, что, в общем, тоже опасно. В России необходимо законодательное закрепление методики определения стоимости человеческой жизни и исчисления вреда для расчетов компенсаций и материальной помощи жертвам преступлений, катастроф и терактов. Сегодня существуют научные разработки, в которых произведен анализ различных методик и подходов по вопросу оценки стоимости жизни, показано, что на значение ее оценки влияет большое число факторов. Предлагаются конкретные способы и методы вычисления на базе международного и российского опыта[3].
Насколько же реально на практике получить возмещение вреда. Если преступление осталось нераскрытым, преступники не найдены и не наказаны, иск о возмещении вреда предъявлять не кому. Потерпевшему остается надеяться на профессионализм правоохранительных органов по раскрытию преступления. Практически невозможно получить возмещение ущерба и в случаях, когда преступники установлены и осуждены. Даже в тех условиях, когда преступник отбывает срок лишения свободы, нет никаких гарантий того, что нанесенный им ущерб будет возмещен. На протяжении последних десяти лет около половины осужденных не работают в местах лишения свободы из-за отсутствия там оплачиваемой работы. Если же осужденный работает, то заработанные им деньги распределяются не в интересах потерпевшего. Согласно ст. 107 УИК РФ из заработка осужденного вначале удерживает налоги государство, затем удерживаются алименты на детей осужденного, следом идет покрытие государству его расходов по содержанию осужденного (стоимость питания, одежды, обуви и т. д.). Кроме того, осужденному закон гарантирует зачисление на лицевой счет 25% его заработка, в колониях-поселениях — 50 %. В итоге на возмещение ущерба жертвам преступления практически ничего не остается.
Представляется, что такой подход к возмещению вреда потерпевшему не оправдывает назначения уголовного судопроизводства – защиту прав и законных интересов потерпевших (п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ). При этом, если государственные структуры, на которых возложена обязанность обеспечения правопорядка и безопасности в государстве и обществе, не сумели обеспечить этот правопорядок, то возмещать вред должны именно эти органы, в лице государства.
Наказание в уголовном законодательстве есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда. Цель наказания – восстановление социальной справедливости, а также исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (ст. 43 УК РФ).
В понятие восстановления социальной справедливости входит и понятие восстановления нарушенных прав потерпевшего, которые, в соответствии с судебной практикой и правовой доктриной, носят также и компенсационно-штрафной характер. Понятие возмещение вреда (материального ущерба и морального вреда) должно охватывать и возмещение причиненного вреда (компенсацию), а в качестве дополнительного наказания - взыскание штрафа в пользу потерпевшего. Таким способом права потерпевшего будут хоть как-то восстановлены, однако зачастую встречаются ситуации, когда восстановление нарушенного права потерпевшего невозможно (наступление инвалидности, гибель близкого человека, обезображивание лица и т. д.). Поэтому виновное лицо должно нести материальное наказание в пользу потерпевшего, а не в пользу государства в виде штрафов, как меры наказания. Работа правоохранительных органов   и суда уже оплачена из бюджета государства, который сформирован, в том числе, и из налогов потерпевших. Государство не смогло оградить от преступления личность, почему же штраф идет в пользу государства, а не потерпевшего. Неэффективная работа правоохранительных органов по выявлению и предупреждению преступлений должна возмещаться потерпевшему за счет оплаченных налогов (бюджета государства), в особенности тогда, когда преступление не раскрыто.
В УК России возмещение вреда, как форма материального наказания виновного, не существует, что является пробельностью и приводит к силу неэффективности гражданского иска в уголовном процессе. Материальная ответственность – наиболее эффективная мера наказания, и материальная ответственность должна появиться в уголовном законодательстве как форма ответственности за преступление перед потерпевшим, наряду с иными мерами наказания виновного, которые для его исправления и предупреждения совершения новых преступлений применяет государство.
В условиях снижения эффективности правоохранительной деятельности формируется практика вне правового реагирования граждан на преступность. Она включает:
а) спонтанную расправу с конкретными преступниками, в том числе путем совершения ответных преступлений;
б) создание не основанных на законе обычаев и стандартов реагирования на преступления и возмещения материального или иного вреда;
в) формирование системы теневой, в том числе и криминальной юстиции.
Одним из показателей внеправового реагирования на преступные действия является латентная преступность. Социологические опросы свидетельствуют, что значительная часть граждан, пострадавших от преступлений, не обращается за помощью в милицию, хотя до 30% взрослого населения ежегодно подвергаются преступным посягательствам. В среднем только 20% граждан считают себя в той или иной мере защищенными со стороны милиции от преступников, более 60% не ощущают эту защищенность в достаточной мере, треть из них отмечает, что милиция не защищает их вовсе. В массовом сознании существует устойчивый стереотип личной незащищенности от одной из наиболее значительных социальных опасностей — криминальной. Доля граждан, подвергшихся преступным посягательствам, но не обратившихся за помощью в милицию, на протяжении последних трех лет продолжает оставаться неизменной, в интервале 44—45%. Основной мотив не обращения — неверие в реальную помощь — отмечает 38% пострадавших от преступлений граждан. Рост преступности, в том числе терроризма, незащищенность ее жертв, как в России, так и в других государствах мира обуславливают необходимость международного сотрудничества в этой области. Все чаще внутригосударственные проблемы, возникающие в связи с выплатами компенсации потерпевшим за нанесенный им преступлением ущерб, перерастают в международные. Для их решения приняты ряд документов, ключевыми из которых являются Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью, принятая 29 ноября 1985 года Генеральной Ассамблеей ООН, и Европейская Конвенция по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений (Страсбург, 24 ноября 1983 г.)
По состоянию на 30.января.2006 года двадцать одно государство подписали и пятнадцать из них ратифицировали Европейскую Конвенцию. Как правило, это достаточно развитые в экономическом плане государства (Германия, Дания, Франция, Испания и т. д.). Однако есть среди них и страны новой демократии, а также страны СНГ. Азербайджан ратифицировал Конвенцию путем присоединения, и для него Конвенция вступила в силу с 1 июля 2000 года.
Возмещение ущерба осуществляется государством, если преступник не может быть подвергнут уголовному преследованию (например, не установлен) или быть наказан. В последнем случае - это предусмотренные законодательством освобождение от наказания в связи с актами амнистии и помилования, тяжелой болезнью осужденного и т. п.
Компенсационная ответственность государства перед потерпевшими (хотя и ограниченная насильственными преступлениями) является основополагающим положением данного международного договора. Возмещение ущерба потерпевшему от насильственных преступлений важно как для стран с развитой экономической и правовой системой, так и для государств, стремящихся стать социальными и правовыми. Более того, например, для России присоединение к Европейской Конвенции и ее выполнение позволило бы восстановить права значительно большего числа пострадавших от преступлений. По действующему в России законодательству возмещение ущерба производится только при наличии приговора суда, вступившего в законную силу, то есть после раскрытия преступления и изобличения виновного. Учитывая, что уровень раскрываемости, к примеру, насильственных и корыстно-насильственных преступлений не превышает 70 %, более трети потерпевших от такого рода посягательств лишены возможности возмещения причиненного им ущерба, поскольку виновные в их совершении лица не установлены.
В соответствии со ст. 4 Европейской Конвенции компенсация должна покрывать, в зависимости от случая, по крайней мере следующие части ущерба: потерю заработка, затраты на лекарства и госпитализацию, затраты на похороны и в случаях, касающихся иждивенцев — содержание. Исходя из смысла данного положения можно сделать вывод, что этот минимальный перечень возмещений государства, присоединившиеся к Европейской Конвенции, должны обеспечить.
Большое число пострадавших от насильственных преступлений, которым не возмещен ущерб лицами, совершившими преступление, необходимость возмещения ущерба, как правило, в реальном и полном его исчислении, что повлечет большие материальные затраты, является главным препятствием для подписания и ратификации Российской Федерацией данного документа. У России есть возможности получения денежных доходов, в том числе от естественных монополий на природные ресурсы, а также экономии государственных расходов. Указанные материальные ресурсы можно и нужно направить на благородное дело компенсации ущерба пострадавшим от преступлений.
Несколько слов о жертвах терроризма.
В соответствии с новым Законом «О противодействии терроризму» компенсация вреда, причиненного в результате террористического акта, осуществляется за счет лиц, его совершивших, т. е. фактически - никогда. Террорист или смертник, или отбывает пожизненное наказание, или не установлен. Практика применения Закона «О борьбе с терроризмом» и Закон «О противодействии терроризму» показали нерешенность вопросов защищенности и возмещения вреда потерпевшим от терроризма. Неурегулированным остается создание механизма распределения финансовых средств, конфискованных в рамках борьбы с финансированием терроризма. Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма (ратифицированная Россией 10.04.2002г.) в ч. 4 ст. 8 гласит: «Каждое государство-участник рассматривает возможность создания механизмов, с помощью которых средства, полученные в результате конфискации, предусмотренной в настоящей статье, использовались бы для выплаты компенсации жертвам преступлений».
Частично проблему защиты прав и свобод жертв преступлений можно решить ратификацией Европейской Конвенции по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений (Страсбург, 24 ноября 1983 г.). Необходим отдельный федеральный закон, объединяющий ратификацию конвенции, методики расчета вреда и механизмы применения конвенции.
По правилам Европейской Конвенции возмещение ущерба осуществляется государством, если преступник не может быть подвергнут уголовному преследованию, например, не установлен. Так же, государство берет на себя вопросы возмещения, если в отношении виновного применены предусмотренные законодательством освобождение от наказания в связи с актами амнистии или помилования, тяжелой болезнью и т. п.
В России возмещение ущерба производится только при наличии приговора суда,  уровень раскрываемости, к примеру, насильственных и корыстно-насильственных преступлений, не превышает 70 %, более трети потерпевших лишены возможности возмещения вреда, поскольку виновные в их совершении лица не установлены.
Таким образом, на сегодняшний день остро назрел вопрос принятия комплекса мер, направленных на защиту жертв преступлений.
Необходимо ратифицировать Европейскую Конвенцию по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений, принять ряд поправок в Уголовный, Уголовно-процессуальный, Уголовно-исполнительный кодексы, законодательно закрепить методики оценки возмещения вреда жертвам преступлений, создать механизм распределения конфискованных финансовых средств, рекомендованный Международной конвенцией о борьбе с финансированием терроризма.
 


[1] NewsList Новости. Финансы в 2006 г. В России зарегистрировано 3 млн. 855 тыс. преступлений. http://newslist.org.ua/viewnews_427721/

[2] Государство и право. – 2003. - №6. – C. 112.
[3] Трунов И.Л.,  Айвар Л.К., Востросаблин А.А. «Часть 1 -  Экономический эквивалент жизни человека».  Общественно-научный журнал «Вестник РАЕН» №4, 2004. Трунов И.Л.,  Айвар Л.К., Харисов Г.Х.  «Часть 2 -  Эквивалент стоимости человеческой жизни». Журнал «Представительная власть- XXI век», № 3 (69), 2006.

 

Сохранить как .rtf файл

Другие статьи в разделе «2007 №3 (76)»
О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГРАЖДАНСКОЙ СЛУЖБЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
УЧАСТИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО (ПРЕДСТАВИТЕЛЬНОГО) ОРГАНА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ СУБЪЕКТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ ФС РФ
ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ СИСТЕМА ДЛЯ РОССИИ: СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТЬ ПАРТИЙ И КОНСОЛИДАЦИЯ ОБЩЕСТВА
РЕЙТИНГИ ВУЗОВ: СОБЛЮДАЮТСЯ ЛИ ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЕ, МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ НОРМЫ?
МНЕНИЕ НЕЗАВИСИМОГО ЭКСПЕРТА О РЕЙТИНГЕ ВУЗОВ
К ВОПРОСУ О СОСТОЯНИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В МОСКОВСКИХ ВУЗАХ (НА ПРИМЕРЕ РЕЙТИНГА АНО НА «РЕЙТОР»)
К ВОПРОСУ О МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОМ РЕЖИМЕ АРХИПЕЛАГА ШПИЦБЕРГЕН И ПРИЛЕГАЮЩИХ ВОД
ЗАЩИТА ЛИЧНЫХ НЕИМУЩЕСТВЕННЫХ ПРАВ РОССИЙСКИХ ГРАЖДАН И СТАНДАРТЫ СОВЕТА ЕВРОПЫ
РАСПОРЯЖЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫМИ ЗЕМЛЯМИ: ФЕДЕРАЛЬНЫЕ И ОБЛАСТНЫЕ ЗАКОНОДАТЕЛИ КООРДИНИРУЮТ УСИЛИЯ
ПРАВОМЕРНОЕ ПОНЯТИЕ «ВЛАСТИ НАРОДА»
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО СТИМУЛИРОВАНИЯ РАЗВИТИЯ РЕГИОНОВ
КООПЕРАТИВ КАК ОСОБАЯ ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВАЯ ФОРМА ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА
РАСПРЕДЕЛЕННОЕ ПРОИЗВОДСТВО. СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ
АКТ О КАНОНИЧЕСКОМ ОБЩЕНИИ

 
 

 

Представительная власть - XXI век: законодательство,
комментарии, проблемы. E-mail: pvlast@pvlast.ru
SpyLOG Рейтинг@Mail.ru

Создание сайта: П.М. Ермолович
При поддержке депутата Государственной Думы
Валентина Борисовича Иванова

In English
In Italian
In Chineese
   

     
Навигационное меню
Архив номеров
Реферативные выпуски
Список авторов журнала
Книги авторов журнала
Рецензии и отзывы
Перечень журналов ВАК
Поиск по статьям
Подписка на журнал
Подписка на рассылку
Награды
 
Полезная информация
Парламенты стран G8
Парламенты СНГ и Балтии
Парламенты субъектов РФ
Парламенты мира
Парламентские организации
Парламентские издания
Парламентский портал РФ
Наши партнеры
Календарь выборов
     
 
 
     
  №3 - 2021
 
 
  №1,2 - 2021
 
  №7,8 - 2020
 
 
  №5,6 - 2020
 
  №4 - 2020
 
 
  №3 - 2020
 
  №1,2 - 2020
 
 
  №7,8 - 2019
 
  №5,6 - 2019
 
 
  №4 - 2019
 
  №3 - 2019
 
 
  №1,2 - 2019
 
  №7,8 - 2018
 
 
  №5,6 - 2018
 
  №4 - 2018
 
 
  №3 - 2018
 
  №1,2 - 2018
 
 
  №7,8 - 2017
 
  №5,6 - 2017
 
 
  №4 - 2017
 
  №2,3 - 2017
 
 
  №5,6 - 2016
 
  №5,6 - 2016
 
 
  №4 - 2016
 
  №4 - 2016
 
 
  №3 - 2016